От кельтов к шенкурской росписи…

Сегодня, благодаря шенкурским мастерам, чьи работы разлетаются во многие уголки России и даже за рубеж, мастер-классам, которые они проводят по всей стране, шенкурская роспись становится известна уже не только узкому кругу специалистов, но и приобретает узнаваемость среди широкой аудитории.

Истоки

Росписи, как элемент крестьянской культуры, появились достаточно поздно, на рубеже XVIII – XIX вв.1, однако, стали ее неотъемлемой и яркой частью. Благодаря внедрению новаторства в виде росписи, заменившей собой резьбу по дереву2, но перенявшей композиционные решения и мотивы трехгранно-выемчатой резьбы «крестьянские росписи органично вошли в народную культуру, образовав живую связь с комплексом иных художественных традиций»3. Это подметил еще один из первых исследователей шенкурской росписи, Юрий Арбат: «Так вот, значит, как родились три шенкурские розы. Они перешли из традиционной древнерусской северной резьбы. Об этом говорит и графический, «деревянный» характер шенкурских роз. Значит, не прерывалась старинная линия развития декоративного искусства, изменилась только техника украшения – применяться стала не резьба, а роспись и более современный материал»4.

От кельтов к шенкурской росписи…

Трехгранно-выемчатая резьба была занесена на Русский Север еще на раннем этапе колонизации в XII – XV вв. переселенцами из Новгородского и Ростово-Суздальского княжеств и продолжала бытовать до XX в. в первую очередь среди их непосредственных потомков и была не характерна для финно-угорских народов5. Среди других неславянских народов Европы этот вид резьбы широко распространен у германских народов: северных немцев, датчан, шведов, норвежцев, в северных районах Голландии6. Исследователи не раз отмечали сходство форм и декора крестьянской утвари Швеции и Норвегии с севернорусским7. Сама техника трехгранно-выемчатой резьбы довольно поздняя и не могла появится ранее массового распространения орудий, имеющих хорошо закаленное стальное лезвие8. Высказывалось предположение, что геометрическая трехгранно-выемчатая резьба появилась в горных районах Европы еще в эпоху бронзы. Возможно, традиция украшения розетками, выполненными в технике трехгранно-выемчатой резьбы, элементов жилища зародилась в кельтской среде9, которые сыграли большую роль в развитии металлургии.

Резные узоры на дереве несли в дохристианский период большую смысловую нагрузку, так Б.А. Рыбаков считает, что шестилепестковая розетка, «громовой знак» является «символом света во всей многогранности этого понятия»10, а реконструкция знаменитого святилища Перуна под Новгородом, проведенная археологами, показывает, что оно имело форму восьмилепестковой розетки11. Несомненно, защитно-магические функции как солярной розетки, так и изображения конской головы в течение столетий подвергались значительной деформации, размыванию и угасанию. Эти функции постепенно переходили к христианской символике, вытеснялись ею12. Затухание семантической роли орнамента и все большее развитие декоративной функции позволило органично заменить технику украшения предметов с резьбы на роспись13. При этом росписью украшался значительно больший круг вещей, чем резьбой, в первую очередь связанные с празднично-обрядовой стороной жизни крестьянства14.

В северных кистевых росписях, хронологически относящиеся к XVIII – XIX вв., прослеживаются значительно более древние мотивы и художественные приемы, характерные еще для древней Руси и проникавшие на Север в основном с переселенцами из Новгорода Великого15.

Шенкурская роспись

Самобытная, яркая роспись, которая родилась на просторах Поважья, шенкурская, или как ее еще иногда называют важская, в первую очередь прялочная роспись. Расписную важскую прялку обычно покупал отец для своих дочерей, вступавших в возраст невест. Выборы невесты, как правило, проходили на вечеринках, начинавшихся с праздника Покрова. Сюда девушки приходили с работой, с прялками. В темной избе, освещенной слабым светом лучины или керосиновой лампы, яркая нарядная прялка привлекала к девушке внимание16.

Самые ранние датированные расписные прялки, дошедшие до нашего времени, относятся к шестидесятым годам XIX в. и их количество еще было незначительным17. К концу XIX века значительно увеличилось количество изготавливаемых важских прялок и «маляров» их расписывающих, а подлинным расцветом их производства можно считать 20-е года XX в. После чего, в тяжелые 30-е и 40-е годы это ремесло постепенно угасло.

От кельтов к шенкурской росписи…

Слово «маляр» происходит от немецкого «maler», что означает живописец. Впервые оно было употреблено в русском языке в 1665 году18. В конце XIX века малярами называли ремесленных живописцев, занимавшихся росписью, окраской, разделкой окрашенных поверхностей «под дерево», разрисовкой узоров и надписей через трафарет19.

Первые маляры, иконописцы и живописцы, занимавшиеся малярными работами, письменные источники фиксируют в 60-е годы XIX века20, в это время появились и первые маляры в окрестностях Шенкурска, в том числе и в деревне Литвиново21, где и сегодня работает художественная мастерская ТОС «Рукомесло». В 90-е годы появляются первые мастера и в Глубоковке22, давшей название одному из видов шенкурской росписи.

Шенкурская роспись, как было выяснено в процессе ее изучения, имела полицентричный характер23, то есть не было единого центра ее формирования. И к началу двадцатого века уже сформировался особый стиль шенкурской росписи и образовались четыре центра: шеговарский, едемский, паденьгский и глубоковский.

От кельтов к шенкурской росписи…

Расписные прялки Поважья отличаются яркостью, узорностью, декоративностью. На красно-оранжевом или ярко-оранжевом фоне лопасти прялки красуются три цветка-розетки в обрамлении изогнутых листьев, бутонов, более мелких цветов, и при этом каждая прялка неповторима, так как варианты декоративных разделок бесконечно разнообразны24. В росписях важских прялок варьируются образы вечного обновления природы: бутоны, переходящие в цветы, цветы, рождающие плоды, и плоды, снова дающие жизнь25. При этом шенкурские росписи в отличии от росписей в свободной кистевой манере, несмотря на свою орнаментальность, очень графичны, поэтому при их росписи требуется особая тщательность, можно даже сказать каллиграфичность26.

Крестьянские маляры в этом районе Поважья расписывали помимо прялок и другие бытовые предметы: детские игрушки, детали ткацких станков, бондарную посуду, праздничные дуги, берестяные корзинки27. А их товары разлетались по всей округе благодаря Сретенской и Евдокиевской ярмаркам.

Домовые росписи Петровских и костромские отходники

Не менее самобытны и получившие относительно широкое распространение, так называемые домовые росписи Поважья: росписи фасадов и интерьеров крестьянских домов. В 1882 году русский поэт и писатель Федор Николаевич Берг писал как раз о Важском крае: «особенную красоту придают избе… яркая… раскраска по подзорам, охлупням, по конькам, подкрылкам, ставням, наличникам и карнизам»28.

До середины XIX века упоминания о расписных крестьянских домах не встречаются, только в это время начался переход от изб топившихся по-черному к белым избам. Первый точно датированный дом с росписью 1856 года стоял в деревне Усть-Паденьга29. Дом в Долматово также относится примерно к середине века. Однако надо заметить, что сама традиция росписи деревянных построек – хором и церквей – уходит в глубокую древность30.

От кельтов к шенкурской росписи…

Все известные расписные дома – и не только по Ваге – топились по-белому, были пятистенками – одноэтажными на высоких подклетах или двухэтажными. Наряду с избой они непременно имели «чистые половины» – горницы, а также зимовки, боковушки31.

Наиболее ярко домовая роспись представлена работами «маляров» Петровских, и прежде всего росписью их родового дома в деревне Чурковской бывшей Воскресенской волости Шенкурского уезда (ныне Вельский район). Дом этот в деревне называли Алёшкиным – по имени Алексея Ивановича (1821-1893), бывшего главой семейства на протяжении всей второй половины позапрошлого века32. В некоторых композициях, принадлежащих Петровским, лев и единорог держат портрет в овальной раме, что навеяно английским гербом. В древности изображения львов имели охранительный смысл. Единорог в зодиакальном цикле – символ Христа. Но чаще встречаются растительные мотивы: деревца или кусты с многолепестковыми, а иногда и вихреобразными розетками. В них можно увидеть «воспоминания» о древе жизни, солярных знаках. Образ птицы символизировал счастливую жизнь. Многоцветье росписей создавало образ «прекрасного и доброплодного сада» – идеал крестьянской жизни33. Позволить себе заказать подобную роспись дома могли себе исключительно зажиточные крестьяне.

От кельтов к шенкурской росписи…

Но, к началу XX века интерес к местной домовой живописи стал гаснуть, большую конкуренцию Петровским составили отхожие костромские маляры34. Костромская роспись – яркий образец росписи живописного типа. Она очень наглядна, образна и доступна восприятию. Широкое распространение росписей живописного типа – так называемых свободно-кистевых росписей – способствовала легкость и простота их исполнения. Буквально двумя-тремя мазками народные мастера изображали листок, а пять-семь упругих лепестков превращали пятно красного цвета в розан35.

Костромская роспись получила широкое распространение не только на Европейском Севере, но и на Урале, Алтае, в Сибири, куда проникала вместе с переселенцами. Роспись становится доступной даже для крестьян среднего достатка36.

В народных приданиях сохранились отрывочные воспоминания о пришлых мастерах в частушках, отразившую быстроту работы костромичей-отходников:

Красил Ваня костромской,
Красил красочкой баской,
Как пошел Иван домой,
Так и красочка долой37.

Они-то и были главными проводниками новой на Ваге живописной манеры. Многие авторы отмечали, что примерно с 1890-х гг. костромичи составили основную часть бродячих мастеров на Архангельском и Олонецком Севере38.

От кельтов к шенкурской росписи…

Шенкурские наивные художники XX века39

Развитие шенкурских и домовых крестьянских росписей в Шенкурском уезде послужило толчком не только к развитию ремесленных производств и промыслов, но и подарило миру нескольких художников наивного направления в живописи.

От кельтов к шенкурской росписи…От кельтов к шенкурской росписи…От кельтов к шенкурской росписи…

В начале XX века в селе Шеговары работала мастерская художника Осипова Александра Захаровича (1880 – 1932 гг.). Он писал иконы и работал над росписью храмов Шенкурского уезда. Сегодня его работу можно увидеть в церкви Вознесения на Ворбасе. После революции он почти не работал, писал в основном заказные портреты и пейзажи. К сожалению, сведений о художнике сохранилось очень мало, но среди его учеников были известные в Архангельской области художники М.А. Кичин и К.И. Третьяков.

Кичин Михаил Андреевич (1894 – 1965 гг.) родился в деревне Литвиновской близь Шенкурска. В юности побывал в Соловецком монастыре, где обучался иконописи в живописной школе. В 1910-е годы работал в мастерской А.З. Осипова в Шеговарах. С 1938 до 1950-х годов художник возглавлял Шенкурский краеведческий музей, где сохранилась наиболее значительная коллекция его работ. Художник был искренним патриотом Шенкурского края, он посвятил свое творчество пропаганде местной истории. Его работы имели прикладной характер, и их создание стало частью просветительской деятельности художника. Поэтому его исторические циклы в полной мере могут быть названы «шенкурским историческим лубком XX века».

Дальний родственник «маляров» Петровских – Третьяков Константин Иванович (1896 — 1983) родился в Санкт-Петербурге в 1896 году в семье рабочего-кровельщика. Как и Кичин М.А. сначала начинает работать в иконописной мастерской Соловецкого монастыря, а в 1910-е художник поступает на работу в мастерскую к купцу Осипову в Шеговарах Шенкурского уезда, где работает и учится у Кичина, как у старшего по мастерской. Константин Третьяков создал живописную биографию типичного северного села советского времени. Он искренне славит «новую жизнь» послереволюционной эпохи, выгодно противопоставляя ее картинам старого дореволюционного быта. Несомненно, художник стал продолжателем традиций русского народного лубка и народной картинки, столь любимых северным крестьянством.

Но наибольшее признание получил всемирно известный художник Селиванов Иван Егорович (1907 – 1988 гг.). Как он сам писал: «родился я в Архангельской губернии в Шенкурском уезде в Едемском сельском совете в деревне Васильевской у бедной крестьянской нищей». Яркий представитель наивного направления в живописи. Его картина «Портрет девочки», впервые показанная на выставке 1956 г. в Москве, ошеломила зрителей. Искусствовед М. Алпатов сравнивал Ивана Егоровича с Нико Пиросмани и Анри Руссо. Автопортреты художника приобрели всемирную известность. Москва, Нью-Йорк, Прага, Париж, Лондон, Берлин восхищались произведениями Ивана Егоровича Селиванова. Он получил три Гран-при за свои работы на Международных выставках в Париже.

Возрожденная шенкурская роспись

После своего рассвета в 20-е годы XX столетия шенкурская роспись угасла, былой промысел стали забывать, многие расписные прялки шли на щепки для растопки печей…

Через несколько десятилетий прялочная шенкурская роспись была вновь «открыта» в 1958 году в рамках экспедиции в Архангельскую область сотрудников Научно-исследовательского института художественной промышленности40. Через пять лет известный писатель, журналист и исследователь народной культуры Юрий Арбат, путешествуя по Северу России, побывал и в Шенкурском районе Архангельской области. Свои путевые впечатления он публикует в серии книг, отдельные главы которых посвящает расписным шенкурским прялкам41.

Вслед за Ю. Арбатом роспись этого региона с характерным колоритом, композицией и манерой исполнения стали называть шенкурской. Именно с таким названием роспись вошла в альбомы, каталоги и статьи, выпускавшиеся в тот период Загорским музеем-заповедником, Государственным историческим музеем, Русским музеем в Ленинграде и рядом других музеев42. Также некоторые исследователи и авторы называли роспись «глубоковской», по названию одного из центров росписи, и «важской».

В 80-е годы изделия с шенкурской росписью начали изготавливать мастера предприятий «Беломорские узоры» и «Вологодские росписи». Большой вклад в возрождение и популяризацию шенкурской росписи внесла народный мастер Чиркова Елена Борисовна. Влюбившись в эту роспись и переехав из Северодвинска в Шенкурск, Е.Б. Чиркова в 1992 г. организует кружок для детей по изучению северных росписей. Основными приемами изучения были копирование оригиналов из коллекции Шенкурского музея, составление таблиц многообразия элементов, творческая переработка наиболее традиционных мотивов, поиск новых форм расписываемых прялок. Уже в 1993 г. в детской школе искусств №18 открывается художественное отделение, а в 2000 г. в Шенкурске открывается Детская художественная школа43. К сожалению, в 2010 г., в ходе «оптимизации», художественная школа была закрыта.

От кельтов к шенкурской росписи…

Сегодня, мастера и бывшие ученики шенкурской детской художественной школы продолжают дело шенкурских «маляров» второй половины XIX – начала XX вв., ищут новые решения, приемы и объекты для росписи. Изделия шенкурских художников можно встретить не только в сувенирной лавке г. Шенкурска, но и в Малых Карелах в Архангельске, на многочисленных ярмарках по всей стране, в Москве и в Санкт-Петербурге. Элемент шенкурской росписи использован в качестве логотипа туристического бренда Шенкурского района «Шенкурье». А такие мастера, владеющие шенкурской росписью, как Чиркова Елена Борисовна, Бронский Михаил Васильевич, Савинова Любовь Александровна, Димитрова Евгения Рудольфовна, становятся известны не только у себя на малой Родине, но и далеко за ее пределами, в том числе благодаря шенкурской росписи, товарам с ее использованием, проводимым ими мастер-классам.

Евгений Быков

Примечания:
1 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.97
2 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.110
3 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.46
4 Три шенкурские розы // Светлый север. Арбат Ю.А., Вологда, 1970г. Стр.190
5 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.63-65
6 Peesch R. Ornamentik der Volkskunst in Euvopa. Leipzig. 1981
7 Суслов В.В. Путевые заметки о северной России и Норвегии. СПб., 1888. С. 6; Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву. М.; Л., 1934. С. 38; Уханова И.Н. Резьба и роспись народных мастеров северо-западного Поморья // Фольклор и этнография Русского Севера. Л., 1973. С. 112
8 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.72
9 Анри де Моран. История декоративно-прикладного искусства. 1982г. С. 435
10 Рыбаков Б.А. Язычество древних славян… С. 455-456
11 Седов В.В. Восточные славяне в VI – XIII вв. М., 1982. С. 286
12 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.44
13 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.111
14 Севернорусская резьба и роспись по дереву: ареалы и этнические традиции. В.А. Шелег, Архангельск, 2015г. Стр.113
15 Вишневская В.М. Свободные кистевые росписи // Русское народное искусство Севера. Сб. Статей. Л, 1968г. Стр. 9-18
16 Кондратьева В.Г. Отчет об экспедиции в деревни Попонаволоцкой сельской администрации Вельского района Архангельской области. 1977 г. Архив ВКМ. С. 18
17 В.Г. Кондратьева. Росписи предметов быта // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр.59
18 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Т. 2 М., 1967. С. 565
19 Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 2. М., 1956. С. 296
20 Кондратьева В.Г. Семья Петровских. Новые данные. (По материалам Государственного архива Архангельской области) // Важский край: источниковедение, история, культура. Исследования и материалы. Вельск, 2002. С. 111
21 ГААО. Ф. 6. Оп. 10. Д. 68. Л. 3, 6. 1866 г.; Д. 24. Л. 34, 58. 1865 г.
22 В.Г. Кондратьева. Росписи предметов быта // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр.65
23 Мильчик М.И. Живописный декор дома Бураковой в селе Долматове и вопрос о возникновении важской росписи // Важский край: источниковедение, история, культура. Исследования и материалы. Вельск, 2002. С. 102-110
24 В.Г. Кондратьева. Росписи предметов быта // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр.57
25 В.Г. Кондратьева. Росписи предметов быта // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр.67
26 Е.Б. Чиркова. Важская роспись. Из опыта работы по обучению росписи по дереву учащихся детской художественной школы №4 г.Шенкурска // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр. 322-326
27 В.Г. Кондратьева. Росписи предметов быта // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр.76
28 Берг Ф.Н. Нечто о древности типа деревянных построек и резьбы в Важском крае. СПб., 1882. С. 3
29 Дом в Усть-Паденьге (р. Паденьга – левый приток Ваги) известен только по фотографии 1920-х гг., на которой в тимпане балконной арки можно частично разобрать владельческую надпись: «ДОМ /…/ 1856 ГОДА» (ГНИМА, нег. V 7750)
30 М.И. Мильчик. Росписи крестьянских домов на Ваге // Народное искусство. Исследования и материалы. Санкт-Петербург, 1995 г. Стр. 26
31 М.И. Мильчик. Росписи крестьянских домов на Ваге // Народное искусство. Исследования и материалы. Санкт-Петербург, 1995 г. Стр. 26
32 М.И. Мильчик. Монументальная живопись Поважья // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр. 15
33 М.И. Мильчик. Росписи крестьянских домов на Ваге // Народное искусство. Исследования и материалы. Санкт-Петербург, 1995 г. Стр. 29
34 М.И. Мильчик. Монументальная живопись Поважья // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр. 20
35 В.В. Пухова. Костромская роспись. Из опыта работы по обучению росписи по дереву учащихся детской художественной школы №3 г.Вельск // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр. 351-355
36 М.И. Мильчик. Росписи крестьянских домов на Ваге // Народное искусство. Исследования и материалы. Санкт-Петербург, 1995 г. Стр. 37
37 М.И. Мильчик. Росписи крестьянских домов на Ваге // Народное искусство. Исследования и материалы. Санкт-Петербург, 1995 г. Стр. 38-39
38 Большева К.А. Ук. соч., с. 54, 59; Каплан Н.И. Ук. соч., с. 46; Арбат Ю.А. Путешествия за красотой. М., 1966, с. 108; Шмакова В.Т. Принципы декора крестьянских домов и изб // Русское народное искусство Севера. Л., 1968, с . 67; Тарановская Н.В. Росписи домов русских крестьян в районах среднего течения Северной Двины // Этнография народов Восточной Европы. Л., 1977, с. 83; Гончарова Л.Н. Экспедиция музея народного искусства в Архангельскую область // Сборник трудов НИИХП. Вып. 8. М., 1975, с. 92
39 М.И. Мильчик. Монументальная живопись Поважья // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр. 20
40 В.Г. Кондратьева. Росписи предметов быта // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр.57
41 Арбат Ю.А. Путешествие за красотой. М., 1966; Арбат Ю.А. Светлый Север. Вологда, 1970; Арбат Ю.А. Русская народная роспись по дереву. М., 1970
42 В.Г. Кондратьева. Росписи предметов быта // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр.57
43 Е.Б. Чиркова. Важская роспись. Из опыта работы по обучению росписи по дереву учащихся детской художественной школы №4 г.Шенкурска // Крестьянская живопись Поважья. Москва, 2003г. Стр. 322-326


Новости Шенкурья:

Объявлено о проведении новых мероприятий летом 2017 год

  Ассоциация, События 

Встреча представителей сельского туризма с «АРТА»

  Ассоциация 

Определены даты фестиваля «Вереница-2017»

  Ассоциация, События 





Туристическая ассоциация Шенкурского района «Шенкурье»
Перейти на страницу ассоциации

* - купить тур или забронировать тур, означает оплату товаров и услуг
в соответствии с налоговым режимом предоставившего данный товар или услугу.
Например, купить тур может означать съем жилого помещения или
приобретение продуктов подсобного хозяйства
у физического лица.
** - информация о турпродуктах носит ознакомительный характер,
сформированные туры и экскурсии могут быть приобретены
исключительно через туроператоров.
*** - дополнительные условия проживания заблаговременно оговариваются
с хозяевами гостевого дома и включаются в стоимость
аренды жилого помещения.